?

Log in

Чт, 31 окт, 2013, 07:13
sonya_h_skaya: Ввысь по ординате

Боль, болезнь, смерть и их преодоление в стихах Миркиной (продолжение)

начало (26 комментов) - http://sonya-h-skaya.livejournal.com/173590.html

Ввысь по ординате

Вот что пишет о стихах Миркиной один из их читателей:
Эти стихи дают вертикальное измерение каждому мигу, они открывают возможность поворота всегда и везде и каждому. При этом они чисто русское явление. В их синтез мировой культуры органичен, как живое дерево, а не как агрегат. В них — отражение всей мировой культуры, особенно духовной, но для восприятия они этой культуры предварительно не требуют, ибо отражают не культуру, а источник, которым она светится. Каждым стихотворением можно воспользоваться, как воздушным шариком, чтобы полететь в нужную сторону; чтобы вознестись на столько секунд, сколько хватит духу. При этом они негромки как Дух. Есть люди, любители поэзии, которым они ничего не говорят, даже раздражают. Такие любят «новое». Есть поэзия, которая хочет по-новому сказать о старом и всем известном. А тут поэзия другого измерения: она говорит о почти неизвестном — в этом ее новизна.


И действительно: и тематика и поэтика этих стихов аскетически сужена. Они больше рассчитаны не на интеллектуальное и эстетическое, а на аскетическое восприятие: подключение, соучастие, сопричастие; "медленный духовный труд".


***

Я только переводчик. Знали 6 вы,
Как мало мне отпущено свободы,-
Как будто ждет лишенье головы
За каждую неточность перевода.

Когда бы смерить, сколько нужно мне
Немого неотрывного вниманья,
Чтобы понять, что зреет в тишине
И что звучит в глубинах мирозданья!

И сколько нужно тайного труда,
Чтоб в слово превратить касанье Духа.
И то, что молча говорит звезда,
Доступным сделать для чьего-то слуха.

Когда б вы догадались, сколько зла
Скрывается в одной фальшивой ноте,-
Вы бросили бы все свои дела
И стали б помогать моей работе.

Свет за окном

Во время Пасхи, перед праздничным седером, рабби Исахар Бейер подозвал своего гостя, рабби из Могельника, к окну и указал на что-то снаружи.
"Ты видишь, рабби из Могельника? — спросил он. — Ты видишь?!"
Когда празднество окончилось, рабби из Могельника стал танцевать вокруг стола и тихо петь:
"Святой старец, наш брат, показал мне свет. Велик свет, что он показал мне.
Но кто знает? Кто знает, сколько лет должно пройти, сколько мы должны еще спать, прежде чем он придет к нам, прежде чем он придет к нам?"

Мартин Бубер. Хасидские истории.



Юный хасид был поражен чудом; но чудо невозможно без творческого соучастия души. Без этого подсоединения, этой сопричастности - трансформирующее, преображающее видение не может быть доступно ни нам, ни ему, ни Мотовилову.
Отец Серафим сказал:
- Не устрашайтесь, ваше Боголюбие! И вы теперь сами так же светлы стали, как я. Вы сами теперь в полноте Духа Божиего, иначе вам нельзя было бы так видеть.



Мастера дзен говорят: Дзэн – это то, что существует «без слов, без объяснений, без наставлений, без знаний», но не без поэзии сопричастности.

Дзен - таинство и поэзия запредельного

Дзен ближе к поэзии, к музыке, к живописи, к танцу, к пению. Это не отречение от жизни, это наслаждение жизнью всем своим сердцем. И как только вы глубоко вовлекаетесь в творческий стиль жизни, запредельное раскрывает свои двери. Я буду просто звать это «запредельным». Потому что поэзия - творческий акт, который на своем пике трансформирует вас и приводит вас к дверям тайны. Все это существование есть таинство; только для слепых людей все ясно. Если у вас есть глаза, тогда все вокруг является таинственным, и нет этому объяснения. Чем глубже вы идете в него, тем более таинственным оно становится. И не бывает дна у глубины, она бездонна. Вы можете продолжать, продолжать и продолжать; тайна становится более таинственной, более колоритной, более благоуханной, но вы не приходите к концу, где можете найти объяснение для нее.
Пока человек не будет относиться к существованию как к таинству, ему не удастся прожить свою жизнь в экстазе.



Существует творческая возможность выйти из линейного, горизонтального - по оси абсцисс - течения жизни и бега времени. Кажущееся застывание, остановка в одной ее точке, длящееся пребывание в вечном мгновении здесь-и-сейчас, на самом деле, не есть остановка. Такая внешне кажущееся бездействием остановка движения есть преображающее перенаправление движения из горизонтального - в вертикальное; по оси ординат.
Один из ключей к такому перпендикулярному "переводу стрелок" и предлагает поэзия Миркиной. Наш выбор, воспользоваться им или нет ...


***

Моя работа -- жизнь моя,
Вниманье сердца, слух и зренье
и медленное приближенье
к первоистоку бытия.

Случайный шорох уловить
и вздрогнуть -- ветка прошумела:
души оборванную нить
Мне надо снова сделать целой.

И аромат, как тайный зов
донесся. -- Просьба: Бога ради
разорванную связь миров
хотя б на миг один наладить.

Моя работа -- жизнь моя...
трудна ли, нет ли, -- Бог поможет.
А если отдыхаю я,
то, верно, и от жизни тоже.

Да, Бог поможет... Мне одной
Не справиться. О, если б кто-то
умел всегда делить со мной
Всю повседневную работу!

[Нажмите, чтобы прочитать]


* * *
Как этот воздух по весне
Блаженно чист!
Бог разрывает сердце мне,
Как почку — лист.

И только тот сегодня жив,
Кто смог опять
Благословить святой разрыв
И смерть принять.

О,не вмещенная в умы
Суть бытия —
Свет разливается из тьмы
Как Бог из "я"!


* * *

Жизнь — это слух. Смерть — это глухота.
Ещё жива. Ещё имею уши.
Ещё душа в себе не заперта,
Ещё могу другие души слушать.
И вслушиваться в тот тишайший Дух,
Что наполняет вечностью минуту.
Жизнь вечная — есть абсолютный слух. —
Возможность постиженья абсолюта.


МАМЕ
Здесь всё меня переживет.
А.Ахматова.

I
Здесь всё тебя пережило. —
Дом старый. Хрупкое тепло
Белёной печки, тишина
И золотистая сосна
И весь знакомый с детства вид.
Но это всё тебя хранит.
Ты выплакала здесь глаза,
Но ни одна твоя слеза
Не затерялась без следа,
А все они втекли сюда,
Вот в эти стены и в меня.
И запах прожитого дня,
Как легкий вздох родимых губ
Хранит в себе молчащий сруб.

II

А эти линии ветвей
В немой недвижности своей
И листьев зыбкие огни, —
Кого, скажи, хранят они?
Ты знаешь... Так же как и ты,
Он нем, и все Его черты
Размыты, и Его следа
Никто не видел никогда.
И всё-таки со всех сторон
Ко мне доносится: вот Он!
Вселенской тишиной храним,
Он здесь. Как ты. Ты в Нём и с Ним.
Ведь тот, кто совершенно нем,
Уже не отвлечен ничем
От сердцевины бытия,
В которой слиты ты и я.






* * *

Сосчитан Богом каждый волос
И все огни на небосводе,
И все листы, и каждый колос
Но что уходит? Что уходит?

Куда втекает жизнь земная?
Кто сможет дни свои расчислить?
И почему Господь роняет
Нас всех, как лес роняет листья?

И остаётся только ветер
Да холод осени, да ливни
И убывает всё на свете,
И только нежность неизбывна..


* * *

Ничего, пойму когда-нибудь,
Почему так трудно и так больно,
Впереди большой как небо путь.
Неба много, времени довольно. —
Ровно столько, сколько надо мне.
крыла косматые раскинул...
Ведь хватило времени сосне
Вырасти и прошуметь вершиной.
Все равно, сиянье или мрак —
Расстояние преодолимо,
Только бы идти за шагом шаг
Внутрь себя, а не в обход и мимо.
Тот, кто бросил семя в темноту,
Дал душе посильную задачу.
Вот и я до Бога дорасту,
Если только время не растрачу.



* * *

Деревья просят тишины.
Им без нее нельзя на свете.
Но нам их просьбы не слышны,
И нечем нам на них ответить.

Деревья просят высоты, -
Им наша низость не по силам.
И шепчут день и ночь листы
То, что душа давно забыла.

А небо и не шепчет нам,
А говорит одним лишь взглядом. –
Высоким, чистым небесам
От нас глубин прозрачных надо.

Земля уже едва жива,
И молит нас с такой тоскою
Дать ей хоть каплю божества…
Но только что это такое?...








* * *

Оно приходит в помощь к нам, когда
Нас, кажется, и сам Господь покинул,
Бездействие — та мёртвая вода,
Что собирает душу воедино.

Всё умерло. Надежды никакой.
Но и отчаянье пришло к границе.
И в этот полный, как весь мир, покой
Вода живая начинает литься.


* * *

Холодный дождь в моём окне.
Хозяйничает вихрь за дверью.
Снаружи - буря. А во мне
Во мне — безмолвие доверья.

Оно скрывается на дне,
В непререкаемом покое...
Снаружи слёзы, а во мне
О, Боже, что во мне такое?

Что значит эта тишина
В ответ на громы и угрозы? –
Покой растущего зерна,
Вбирающего наши слёзы.

Какие тайные дожди
Питают корни этих песен?
Снаружи - страх, а там, в груди –
То, что его уравновесит...


* * *

Есть где-то море... Где-то там,
Среди пустых широт
Моя Душа, как гулкий Храм,
Меня безмолвно ждёт.

Моё начало и исток,
Немерянная гладь, —
Молчащий, неподвижный Бог,
Неустающий ждать...


II
А Бог давно утратил счет.
И что Тому года,
Кто никогда не устает.
Ты слышишь? - Никогда...

О, если б только не забыть,
Придя к своей черте,
Того, кто не устал любить,
Распятый на кресте...


* * *

Вечереет…Это значит-
Кто-то в небе тихо плачет
И стекающие слезы
Вдруг становятся березой
Или тонкою сосною
И свисают надо мною…


* * *

Ей дела нет до наших бед.
И до своих. Ей дела нет
До смерти, - вековой сосне,
Чуть-чуть шуршащей в вышине.

Что ей наш страх и наша речь?
Она не даст себя отвлечь
От вечной жизни, что слышна,
Когда чуть-чуть шуршит она…


* * *

Ты успокойся. Бог возьмет
Тебя в ладонь ив ней подымет,
И ты очнешься от забот
И тихо вырастешь над ними,
И будешь больше всех страстей,
Всех бед, испытанных когда-то,
Как больше головы твоей
Огромный разворот заката.

О, Господи, как высоко
И нераздельно с нами всеми!..
Отдать бы все земное бремя
Тому, кому оно легко…
Отдай всю боль, тоску отдай,
Пусть преходящее проходит.
И да прольется через край
Вечерний свет на небосводе…


======

***

Ничто.
Без края и конца.
Открытость океана.
Великий матерьял Творца,
Простор господним планам.
Еще не этот и не тот,
Не Авель и не Каин.
Пока здесь только Бог живет,
Один Творец-хозяин.

О, внутренне торжество,
Неслышимая месса- Ничто.
Здесь нету ничего,
Здесь задохнутся бесы.
Какой на них находит страх
В безмолвном Океане!
Из праха взятый канет в прах,
Пока Творцом не станет.







***

Быть Творцом... Боже правый
Где твой щит? Где оплот?
Вся Господняя держава-
Бесконечность пустот.
Бесконечность простора.-
Ничего впереди.
Для Творца нет опоры-
Только пламя в груди.

В тьме рожденное пламя
Ворвалось в небеса,
И на камень, на камень
Вновь наткнулась коса
Той, что всем овладела,
Но не волей Творца.
Быть для смерти пределом
И концом для конца!..


***

Не надо Бога объяснять,
Оправдывать не надо.
Лишь только Божья благодать
Потушит пламя ада.
Судить не нашему суду
О том, что есть над нами.
Но если Бог с тобой в аду,
То пламя съело пламя.






***

Вот всей души моей богатства.
Вот знания ее итог:
И ад и смерть нам только снятся,
А явь-один лишь только Бог.
Мир, сотворенный Им-икона,
Глаза которой вглубь глядят,
В ту бездну, где грехи потонут,
И захлебнется целый ад


***

А там, на плоскогориях Сюрю
Все та же тишь... О, Господи, какая!
Врезается уступ горы в зарю
А в сердце небо медленно втекает.

Весь мир открыт, как на ладони, лишь-
Тумана клочья с отстветом сирени.
Сидящий демон, что же ты грустишь?
Зачем, тоскуя, охватил колени?

Смотри,- склонилось облако в мольбе,
Так, ни о чем, переполняясь светом.
Скажи, зачем ты нужен сам себе,
В свою тоску, как в мантию, одетый?

Ведь стоит только тишину вдохнуть,
Как воздух, внутрь... ну вот-еще немного
И, может быть, еще всего чуть-чуть-
И ты, забыв себя, припомнишь Бога,

И будет только тот лиловый склон
Или вон тот, что весь пунцов и золот...
Что значит демон? И при чем тут он?
Ведь мир опять всецел, а не расколот...





ПРИТЯЖЕНИЕ НЕБЕС

***

I

Бог есть тайное движенье
Вспять-не к смерти, а к рожденью,
Не к развалу-к воссозданью.
Он есть противостоянье
Всем естественным законам:
Это бездна, где не тонут,
Это тот простор, откуда
День и ночь струится чудо
Жизнетворною лавиной,
Размывающею глину
Мертвой тяжести земной.
Это тот, всегда иной,
Непостижный, вечно новый
Пламень, сжечь дотла готовый
Не тебя-твой ветхий дом...
Будь не глиной, а огнем!

II

Свершился тайный поворот-
К истоку сил душа идет,
В единый миг земную даль
Пересекает вертикаль,
Всю бездну раскрывая вдруг.
Уйми мгновенный свой испуг-
Падению наперерез
Есть притяжение небес.
Откуда мы? Идем куда?
На чем ты держишься, звезда?



====



***

I

Я к сердцу Божьему прильну
И буду слушать тишину.
Я чувствую обратный ход-
В обратный путь Душа идет,
К истоку жизни.
Боже, Боже,
Так Ты воистину все можешь,
И сердца Твоего биенье-
Жизнь вечная и воскресенье.

II

О, только бы девятый вал
Всех бурь земных не оторвал
Мой слабый слух от сердца Бога.
Так перед крестною дорогой
Йоан прилег на грудь Христа
И воцарилась немота-
Такая полная!., а в ней-
Все то, что крестных мук сильней.
Неподвижно.
Тихо-тихо


***

Неподвижно.
Долго-долго
Смолкли все земные вихри,
Все тревоги наши смолкли,
Как Зиждитель мир созиждет,
Сам в Себе найдя опору,
Как деревья, неподвижный,
Неподвижный, словно горы.

Что Ему валы морские,
Дальний гром, грозящий глухо-
Разбиваются стихии
Подойдя к твердыне Духа.

Может быть совсем нескоро
Крики сложатся в созвучья.
Тыщелетья стынут горы,
Стони лет-лесам дремучим.

Этот ритм неторопливый,
Эта тишь Первоосновы...
Помнят древние оливы
Тыщу лет слезу Христову...



***

Как наша ноша ни тяжка,
Но если вверх глаза поднимем-
Плывут по небу облака,
И я за ними, я за ними...

И уплывают за края,
И укрываются от зренья...
А, может быть, вся жизнь моя-
К Душе незримой приближенье?

О, этот долгий путь кружной,
Неутомимый, неизменный...
Между душой моей и мной
Лежат просторы всей Вселенной.

И если будет мне дано
Хотя бы лишь на миг единый
Сказать ей: ты и я-одно,
То все высоты, все глубины-

Все, что на небе и на дне,
В тот миг окажется во мне.


***

Нырнуть туда, где лес шуршит
Младенческой листвой,
И молча переждать в тиши
Весь хаос мировой.

Да, переждать... Не полчаса,
А неизвестный срок,
Вот так, как молча ждут леса
И все сносящий Бог.

Хранить во глубине покой
И больше ничего,
Пока очнется мир людской
От бреда своего...


=====





***

Я - человек. Мой груз земной,
Мой тяжкий крест всегда со мной.
Со мною - вся безмерность мук.
Со мной-великий страх разлук.
Со мной - бессилие тревог.
Но ведь и Ты со мной, мой Бог.
Ты-свет во тьме, прохлада в зной,
И жар во льду. И Ты - со мной.
Нет в жизни ничего трудней,
Чем следовать стезей Твоей.
И ничего блаженней нет,
Чем день и ночь-Тебе во след.


***

То голос мой! Им иволга поет,
А, может быть, сам ангел златокрылый
То голос мой отправился в полет,
Его не сдержит ни одна могила.
То голос мой нашел к тебе пути,
Пересекая целый свод небесный.
То голос мой, впусти его, впусти-
Ему во мне невыносимо тесно!


***

Просты все знания мои.
Они для всех - не для немногих.
Я знаю только о любви,
А получается - о Боге!

Я с каждым часом знаю вновь,
Что это наводненье света,
Что этот мир и есть любовь,
Так долго ждущая ответа.

При жизни можно быть в раю,
Вовек не выходить из рая,
Почувствовав любовь Твою
И ей всем сердцем отвечая...

А божьи раны, Божья кровь -
Вся безысходность крестной муки
Есть безответная любовь,
Боль разделенья, крик разлуки.


***

Оставь тревогу, рядом дышит Бог,
Оставь себя, оставь свои заботы.
Чем неподвижней ты сидишь у ног,
Тем больше будет силы для полета.

Душа немая, Господу внемли.
Внемли, как лес вечерний Богу внемлет.
Чем дальше улетишь за Ним с земли,
Тем больше света ты прольешь на землю.


***

Священное прикосновенье...
Так ангел коснулся,-потрогал
Незримые глуби. - Владенье
Души человеческой в Бога.

Мы вышли к великому устью.
Здесь - море. Здесь - царствие Божье.
И здесь все тревоги отпустят,
И здесь все заботы ничтожны.

Не надо ни сил, ни отваги -
Бог водит твоею рукою.
Как точка кипенья у влаги,
У Духа есть точка покоя.

За ней открывается тайна,
Которой вся мудрость не знала:
За всеми краями - бескрайность,
За всеми концами - начало.